– Вы ко мне?
– Угу.
Легкий шарящий взгляд, пауза.
– По делу?
– Вы по связи? Я радист.
Елена Олеговна прыснула домашним хохотком!
– По связям.
– Ну вот, вам я и пригожусь. Редкий спец. Вот бумажки на изобретение.
Она рассмеялась больше, кивнула в сторону кабинета. Вошли. Зал для танцев, а не кабинет. Кожа да оргтехника, которую ни на Камчатке, ни в родном городе не увидишь. Богатенькие тут обитают, хоть и захезанный край, земля в расписных лужах, жирных и вонючих, со сваленными наохляб деревьями и чумазыми прохожими, как правило, в робах.
– Вот документы, – протянул Павел.
Женщина с той же озорной улыбочкой рассмотрела.
– Связываетесь?
– Угу, в море и на суше.
– А машину водите?
– Вожу, только на права пересдать бы.
Помолчала, помычала и, чувствуя малый запас времени, сказала сразу:
– Я по связям с нефтезакупщиками. Зам управляющего по реализации продукта.
– У-у-у, не по мне...
– Но вам же надо работать? Заходите завтра в семь утра, Левашов.
***
Воспитанность плиточника поражала. В рабочие часы он не отвлекался: постукивал специальным молоточком, подправлял мастерком, замерял, намазывал и клеил. Жилистой ладонью прижимал дымчатый квадратик и щупал его тепло. Стоило хозяйке подойти сзади, тихо-тихо, он чувствовал спиной, оставлял инструмент, выпрямлялся и почтенно слушал.
– Вчера, наконец, ваш ансамбль выступал в пригороде. Я слушала.
– Спасибо.
– Только в афише вашего имени не было. Шла с риском.
– Тут я – Давид Юрьевич. Там – Дэв Юра.
Беседовала, а под черепком клубились идеи и сомнения. Когда-то одноклассник клеился к ней, а приятелю шептал: “Как бы так, хочу трахнуть Галку, хочу, чтобы она и не поняла в чем дело”. И тут можно бы воспользоваться лабухом. Они все, “звезды”, раскрепощенные, сойдутся – разойдутся и не заметят.
– А что вы? – продолжала: – Что вы, имея широкий приработок, топчетесь по санузлам? Слишком профессия не в ту степь.
– Пока на группы спрос есть. Но там жизнь недолгая.