скажем, при коммунистах... Был в Управлении, в Совете... Беда в том, что меня давно знают, я примелькался. Я издавна для них из противоположного лагеря. Официально и подспудно игру ведут те же люди, что вели и десять, и двадцать лет назад. Где им внять моим воплям? Они ловят счастливые моменты...
– И вы решили сами? – спрашиваю робко, наводяще, чтобы не вспугнуть.
Он отвечает запросто, как бы наконец дождавшись возможности ответить:
– Решился.
Между нами полная ясность. Остаются детали.
– А что это за удавка такая? Без следов... с бутербродом?
– Сорок лет назад покойный дедушка-обойщик искал философский клей. Явился ему и такой состав: глей, анихоз, масло из... В точной пропорции они дают восковую смесь... от слюны она превращается в сатанинский клей, сцепляет клетки намертво. Пять минут спустя растворяется и исчезает в среде... Но пять минут склеенное горло дает нужный эффект. Дедушка до такого не додумался. Он подручной слюной растворял котяшки, и пальцы его на пять минут сводило, просто парализовало... Нужны были сорок лет нашей жизни, чтобы такой клей обрел свое назначение...
– Литой был не первым?
– Странно, мне показалось, что начинать надо не с последнего, кто меня унизил, а с первого, кто стоял в ряду губителей всего святого...
– И все же вы сами остановились. Заявили...
– ...Вдруг понял, что так может дойти очередь до... невинного... Послушайте, позвоните вашему сыщику... Я ему все расскажу... С самого начала...


ОТ АВТОРА

Уменя был выбор: убийство или самоубийство.
Я вспомнил о сублимации и – написал эту повесть.