Репетировали и внушали друг другу:
- Сыграем премьеру только для себя!
- Никому-никому не покажем!
- Ни один человек не стоит такого зрелища!
- Ни один не поймет!..
Как-то в антракте мы заметили, что худы, бледны, стары. И утешали себя:
- Так и надо, отдаемся беззаветно!
- Мы и по ролям должны быть старше!
И я поверил, что у Инги не было другого замысла, как сыграть мою пьесу вдвоем и только для себя. И сделал несколько снимков в ролях.
… Понедельник. Театры города отдыхают, зрители привыкли по понедельникам не посещать спектакли. А у нас – премьера.
С утра мы молчали, опавшие, взвинченные, щупали каждую деталь мебели, реквизита, костюма; ходили друг за дружкой и дублировали проверки.
Потом разошлись по разным комнатам и принудили себя поспать, набраться сил. Об обеде забыли.
Играли как последний раз в жизни. Совсем забыли, кто я и кто она, – жили в нас только Кутепа, Аура, Полина…
Потом чувствовали себя перееханными асфальтоукладчиком. Полумертвыми лежали по диванам. Молча разошлись.
Нам было мало. В следующий понедельник была вторая премьера. Успех ее у нас превзошел самые смелые ожидания. А гордость переполнила чашу. Ведь мы творили не на продажу. Даже не ради славы. Ради наших душ…
Так поется песня в степи – беспричинно, себя ради.
Решили сыграть третий спектакль…
Бог не всегда любит троицу.
Когда мы были уже в костюмах и в гриме – в дверь позвонили.
Явилась хозяйка с посредником и покупателем.

* * *

… Я болел долго, даже посещал психлечебницу. Прослышал: Инга Березина уволилась в театре и уехала в Италию. Очень нескоро она появилась на недельку в нашем городе. Под иной фамилией – Аталано. В Неаполе она вышла замуж. Мы больше не встречались.
Я целый год за медные гроши размножал «Игру в прошлое», рассылал по театрам страны: может быть, где-нибудь еще найдется пара-тройка сумасшедших…
Когда отчаяние хватило за край и я вспомнил судьбу второго тома «Мертвых душ», развел костер в палисаднике и принялся украдкой от соседей выносить поштучно экземпляры рукописи… позвонил директор Художественного театра.
- Как давление? – начал он своим прибауточным тоном, отчего собеседник сразу настраивается на его беззаботную волну. – Я вам подниму его. Наконец, и вправду мы прочли вашу «Игру в прошлое». Кайф!
Я молчал. Не верил в реальность звонка, как не верил во все, что складывало перипетии моего прошлогоднего творчества.
- Зайдите, подпишем договорчик.
Премьера состоялась три месяца спустя, аккурат двадцать седьмого марта, в День театра.
Восторги я пережил не легче потрясений. Снова лечился, даже в клинике.
А спектакль все идет и идет.
Декабрь 2005