На семейном совете мазер изрекла:
- Динару надо спасать. Уже второкурсница, отличница и – такая компания!
- Какая такая компания? – пикировалась второкурсница-отличница.
- Тусовочная. Дорогие сигаретки, обнаженные пупки, сленг, от которого у папочки уши вянут
- Что касается ушей фазера, то они увяли еще в начале независимости, от теле и радио, - как всегда, с отсутствующим видом заметил предок.
- Но если смотреть масштабно, тут звенья одной цепи…
- Не знает смоленного волка! – вступила старейшина рода, бабуля Гуля. - На хуторе Сметаны у меня хозяйничает племянница Ульяна. Туда ее.
- В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов! – из глубины своих дум процитировал папа.
Бабуля взбеленилась:
- К москалям - ни за что! У нас своей глуши куда ни кинь.
Динара демонстративно отодвинула завтрак и с покорностью ведьмы молвила:
- Да хоть в Простоквашино, только бы сохранить мир фемили.
…Полынная степь, две хаты под стрехой на отлете села; обваренная солнцем дебелая тетка с коровенкой, курочками, хрячком и огородной бригадой на шее. До того занята хозяйством, что недосуг задумываться, оглядываться и поносить криминальный режим; даже расспросить не у кого, в какой стране живем и кто во главе.
Растолкала рекреантку со вторыми петухами:
- Доця, пощупаешь несушек и – в кадушку, под гнет, а то Бровко яйца лопает. Смотри за селезнями, только два и осталось. Были утки, да злыдни со Старых кошар перекрали. Хутор – две хаты, а бардак как вообще! Ничего, выдюжим: частическо заработаем, частическо умыкнем, как невесту… Снимется солнышко – натащишь воды в корыто, лучше на коромысле. В полдень подоишь Марушку, молочко – в кувшины, да не забудь процедить. От блоковки прихватишь вязанку околоту. Небось, днем не стерегут. Борщ-каша в печке…
И как стояла в «запаске» и с верейкой на боку, так и растворилась в утреннем мареве тетя Ульяна.
Динара долго ходила в плавках – просыпалась. Помогла куцая речушка в камышах, с холодным болотцем, стрекотом лягушек и утренней возней пернатых. Несушек определила больше на глазок, две кинула в кадушку, накрыла небрежно. Воду носила в обеих руках и с коромыслом под мышкой.
Потом девчонка ахнула и присела прямо в полынь, сбитая с толку поведением селезней. Они ретиво топтали друг дружку, как разнополые. Тю! Про голубую любовь развитая девчонка знала по ночным телевизионным каналам, по Интернету да анекдотам. Но то среди высших |