– Прет? – переспросила начальница. – Красиво и правда. Скажу только вам. Четвертый год тяну здесь лямку, расту по карьере стремглав, и ни одной живой души, чтобы повеличаться перед ней.
– Что так? – радуясь, что не распекают, чуть яснее сказал Левашов.
– Хищники. Объяснять? Сюда собираются люди, чтобы быстро и здорово нажиться, неважно, за чей счет и через чей труп. От бурильщика до управляющего.
– Вы лучше? – черт вынес из Павла такую дерзость. Замять не удастся.
Но у Елены Олеговны не то настроение. Она неподдельно расхохоталась:
– А вы?
– Я обустраиваюсь в Украине. Не хватает зелененьких. Вот явился...
– И много не хватает?
– Кусков тридцать.
– И в какой срок думаете их заколотить?
– Если бы это по моей специальности, то скоро. А так... за баранкой...
Остаток пути помолчали, тем более, начались ухабы и пни. У озера распахнулись обе дверцы. Женщина выдернула из бардачка клеенку, накрыла пологий капот в передке, нашарила за сиденьем большой туесок.
– Перекусим, в голове прояснится.
Разлила вино.
– Я же за рулем. Испытываете?
– Тут иначе не ездят.
– Зазеркалье, – просипел Павел, беря полный стакан. – А вы Алиса?
Снова понятливый смешок. Уже с обеих сторон. Она пила медленно, глядела через край на партнера, словно требуя следовать за нею. И дошла до донышка. Ничего не оставалось и ему.
– Вы там красиво начали: “Скажу только вам”. И не сказали.
– Прежде чем сказать, трижды подумай, знаете?
– И сколько раз вы уже подумали?
– Четыре.
Смешинки летали между собеседниками – такой был сегодня вечер. Смеркалось. Горели щеки, компаньоны молодели на глазах, нравились друг другу. Жевали без внимания.
– Скажу. Год вертелась, а сегодня перечислили достойную сумму.
– Вам в карман?
– Гм. Фирме... Мне – процент.
– Большой?
– Ограбите?
– Позавидую.
Левашов встряхнул плечами, подгибая руки к груди, отвернулся к зарослям и зычно завопил:
– Эге-ге-ге!! А-у-у!!
– Циклон нашел? – совсем раздобрела от вина и разговорчиков начальница.